Previous Entry Share Next Entry
О переводах исторических источников
antnis
Если мы взглянем на европейскую практику, то исторические источники крайне редко переводятся с языка, на котором они были зафиксированы впервые или дошли до научной эпохи. О причинах можно догадываться: перевод искажает, а перевод исторического источника - это перевод еще и контекста, потому базис для исследования, порой нескончаемого исследования, ставит под вопрос необходимости фиксирования сконструированного контекста.
В СССР, пожалуй, как ни где источники переводили массово, а позитивистская научная парадигма позволяла с определенной долей легкости создавать комментарии, отсылающей к "реальному" историческому контексту. Нередко можно найти в переводах исторических источников 70-80-х годов упоминание, что автор текста ошибается, путается (или же даже намеренно искажает реальность).
Понятно, что большая часть историков не владела иностранными языками, еще хуже дело обстояло с мертвыми языками (уникальные исключения, которые, конечно же, были). В логике самой читающей страны переводы для одинаково правильно молчащих на 30-ти языках советских людей носили еще и идеологический груз. Источники на русском языке рассказывали как о развитии капитализма и закате феодализма, так и о борьбе народов за независимость, но русский при этом в СССР был для некоторых людей также неродным.
Классическое образование, как и религиозное вынуждало представителей стран Западной Европы и Северной Америки получать хоть какие-то сведения о латинском языке, греческом или даже арамейском, не говоря о том, что романоязычным латынь была доступной. Источники там не переводились оставаясь уделом историков, которые должны были знать язык, на котором имеются интересующие сведения. Собственно, ну кто будет читать ПВЛ (а ведь на древнерусском без словаря хоть как-то понятно можно)? Студенты в университетах? Но, ведь они-то и не читают. Труженик завода или офиса? Конечно, есть любопытствующие, но и у них очень скоро открывается понимание, что нужен оригинал.

Сейчас, кажется, в период пост-структурализма и пост-постмодернизма новая волна переводов кажется практически невозможной. Помимо осознания значительной роли реконструкции контекста, мы наблюдаем применение тончайшей техники исследования истории парафразов, центнов, понятий, техники раскрывающие что и в форме текста заложено не мало смыслов, и порой форма влияет на содержание текста. Так, например, люди повторяют чужие слова вовсе не для того, чтобы показать схожесть случая, а для предания большей значимости высказывания. И тогда работа с источником возможна только и только с текстом на том языке, на котором он записан или дошел. Однако переводы появляются, и опять же в России. Можно задаться целью выяснить, что движет тех, кто переводит: стремление к распространению идей, стыд за отсталость, жажда славы, стремление к величию перед будущим, - это требует отдельного исследования.
Мы же здесь зададимся следующими вопросами:
Чем должен быть перевод сейчас? (Вопрос о форме)
Для чего нужен переведенный источник? (Вопрос о цели)
Какими должны быть комментарии к источнику? (Вопрос об объекте)
Почему этот перевод и комментарии должны быть такими (Вопрос о причине)?
Отвечая на первый вопрос можно сказать, что он должен быть введением. Введением в профессиональную среду (без знания каких-то источников по-прежнему считается недопустима работа историка), введением в круг проблем историографии и источниковедения, введением в подходы, которыми были озарены исследователи. Конечно, на такой ответ накладывается еще и личный мотив переводчика. Однако, какой бы ни был этот мотив - он лежит совершенно в другой плоскости и никак не мешает осуществлению такого предположения.
Вопрос о цели решить значительно проще. Нет, у источника нет цели сделать всякого обращающегося к нему профессиональным историком, источниковедом, историософом, антропологом и пр. Переведенный исторический источник даже не для того, чтобы узнать как жили люди много лет тому назад - это задача самого источника, а не перевода. Его цель как вообще можно понимать прошлое.
Отсюда следует, что комментарии к источнику должны быть выдержаны отнюдь не в ключе реконструкции объективного исторического прошлого, а демонстрации того, как эта реконструкция происходила и происходит. Комментарий должен показывать, как одни и те же слова источника интерпретировались, вынуждали менять подход.
И, наконец, последний вопрос - о причине. Так как перевод исторического источника изначально содержит несколько пластов и не нагружать один из них - значит, оставлять перевод вне диалога с читателем (а ведь сам перевод предполагал определенное обсуждение, которое явлено в результатах работы).

  • 1
Тема для диссертации?

Возможно, но не для моей. А вот мнение переводчиков хотелось бы узнать.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account